Беременна в Париже

Share Button

Я уже как-то выкладывал отрывок из пишущейся повести. Вот еще один самостоятельный эпизод, который спойлером не назовешь. 🙂

Выпал мне как-то жребий прокатиться в Париж на очередной курс повышения квалификации. Компанию мне составили пара моих земляков, так что в пути было не скучно.

Как нам заботливо посоветовали доброжелатели, в Париже главное не злить французов, которые весьма трепетно относятся к своему языку и культуре, и потому весьма грустят по поводу экспансии английской мовы в их владениях. Посему я, наслышавшись подобных предостережений, купил себе англо-французский разговорник.

Прибыв в Париж, мы некоторое время были заняты на курсе, впитывая знания и французское вино, которое местные употребляли вместо воды. Но через несколько дней вырвались из застенок, чтобы прогуляться по городу. А заодно и отовариться согласно спискам, выданным матерями, женами или подругами.

В одном из модных магазинов один мой товарищ приглядел себе на витрине фенечку, настолько видимо дорогую, что даже не было ценника. Чтобы слиться с аборигенами он обратился ко мне за консультацией – как будет наше пролетарское «почем?» на ихнем буржуйском языке. Я открыл разговорник на первой попавшейся странице и фраза которая попалась мне на глаза попросту не оставила не выбора:

-Жест ви ангсант – ответил я.

Товарищ подошел к консультанту и тыкая в предмет вожделения произнес:

– Жест ви ангсант?

Консультант закатилась в истерике. Дело в том, что сия фраза в переводе на наш пролетарский означала «Я беременна».

Товарищ смутился и вернувшись ко мне с подозрением переспросил, уверен ли я что это правильная фраза. Я ничтоже сумняшеся, уверенно кивнул головой.

– Просто у тебя ужасный акцент. Надо говорить как французы. С мягкой н. Жес ви энсааант. – протянул я.

Наша жертва лингвистики пошел на второй заход к консультанту.

-Жес ви энсаант, – тянул он. Консультанту уже было плохо от смеха. И она что-то лопотала на своем языке. Видимо просила нас оставить ее, пока она не задохнулась тут в истерике.

Естественно долго этот развод продолжатся не мог. Тем более, что я и сам уже стоял там с пунцовым лицом. Товарищ мой поняв наконец, что это была невинная шутка, покусился было на мою жизнь, то через некоторое врямя тоже хохотал над этой ситуацией. Вот так вот. Парле ву франце, а то алягер ком алягер. 🙂

первый эпизод здесь